Сказка про мытье головы

Тёплый вечер опустился на дом, как мягкое одеяло. За окном шептались деревья, а внутри в ванной светилось зеркало, будто ловило последние солнечные лучи. Ребёнок стоял перед ванной, держа в руке пузырёк с пеной, которая пахла лесными цветами и чем-то сладким — будто смешали мятный чай с дождём. Вода уже набежала, тихо журча из крана, как маленький ручеёк под кустом.

Ребёнок осторожно сел на дно, и вода сразу обняла ноги, словно старая подруга. Шампунь легонько потек по волосам, превращаясь в белую пену, похожую на облако или на снег, который тает от улыбки. Но когда голова наклонилась назад, капли попали в глаза — тихий щенок, проснувшийся от сна. А в уши набежала вода, и стало казаться, что теперь всё звучит, как из ракушки: плеск, смех, голос мамы — всё глубже и мягче.

— Ничего страшного, — прошептал голос где-то рядом, но ребёнок уже сам это понял.

Потому что на полке лежало полотенце — большое, пушистое, ждало, как друг после долгого дня. Оно само спрыгнуло в руки, как живое, и аккуратно легло на лицо. Тепло. Тихо. На глазах стало темно, как перед сном, и только запах свежести остался — теперь он был ближе, роднее.

Под полотенцем мир стал другим. Вода больше не попадала в глаза, и даже уши перестали слышать шум — только тихое эхо, как будто кто-то далеко напевает колыбельную. Пена стекала по лбу, как летний дождик по окну, и исчезала в воде без следа. Ребёнок сидел, не спеша, чувствуя, как шею греет воздух, а пальцы играют с последними пузырьками на поверхности.

Когда полотенце чуть приподнялось, за ним оказалось два пути.

Один вёл обратно в ванную — вытереться, надеть пижаму, лечь в кровать с книжкой.

Другой — дальше, туда, где вода вдруг начинает светиться, а пена превращается в лодочку, готовую отплыть вдоль плиточных берегов.

Что выберешь — знак подскажет сам.